Компания под управлением соседа президента США Дональда Трампа по поместью Мар-а-Лаго получит почти миллиард долларов в рамках сделки по прекращению офшорных ветроэнергетических проектов. Деньги пойдут на покупку доли в СПГ-проекте в Луизиане, а источником средств стало урегулирование между администрацией Трампа и немецкой RWE.
Компании по всему миру — от Kairos Power до TerraPower — разрабатывают малые модульные реакторы нового поколения, использующие нетипичные виды топлива и теплоносителей — от TRISO-топлива и расплавленных солей до жидкого натрия. Такие реакторы обещают более дешёвое строительство и повышенную безопасность по сравнению с традиционными атомными станциями.
Стартап Actinide впервые в истории произвёл на собственном калютроне высокообогащённый низкообогащённый уран (HALEU) — топливо, необходимое для реакторов нового поколения. До этого компания уже производила обогащённый иттербий-176 для фармацевтики на том же оборудовании.
Агентство по охране окружающей среды США (EPA) выпустило разъяснение, согласно которому программа по борьбе с кислотными дождями в рамках Закона о чистом воздухе не распространяется на автономные («изолированные») электростанции, не подключённые к общей энергосети. Это открывает компаниям, строящим дата-центры, возможность быстрее возводить собственную генерацию без части регуляторных требований.
Биотопливо на основе кокосового масла в смеси с обычным авиакеросином показало тепловую эффективность на уровне чистого керосина при испытаниях в реактивном двигателе. Смеси с более высокой долей биотоплива снижали выбросы несгоревших углеводородов, хотя расход топлива и выбросы угарного газа немного возрастали.
Домашняя батарея на 5 кВт·ч стоит около €1600 — дорого для одного человека, но по силам компании друзей, если скидываться на неё вместо обычных подарков на день рождения. Автор статьи посчитал, сколько такая батарея реально экономит на разнице цен на электричество в Германии и Испании в течение 2025 года.
Энергоблок №1 атомной электростанции Сент-Люси во Флориде был вручную остановлен утром 13 августа после падения трёх стержней системы управления и защиты в активную зону реактора. Комиссия по ядерному регулированию США (NRC) классифицировала событие как нештатное, но не аварийное — все системы после остановки сработали штатно.